Научные статьи

Нейрографический рисунок в снижении конфликтности в системе мать-ребёнок в контексте сепарационного процесса

Материнство традиционно воспринимается как аспект жизни женщины, который должен быть наполнен исключительно любовью, радостью, есть даже устоявшийся риторический топос «счастье материнства», который предполагает, что женщина должна переживать счастье просто по факту становления матерью. Долгое время в нашем обществе мало уделялось внимания истинному внутреннему состоянию и переживанию женщиной своего материнства. Сегодня эта ситуация меняется благодаря исследованиям в области перинатальный психологии, представленными такими учеными как Г.Г. Филиппова, М.Е. Ланцбург, И.В. Добряков, М. Н. Котлярова. Рабовалюк Л.Н.  и другие [1, с.371].

Однако, исследования в этой области более ориентированы на период беременности [2, с.156] и возможный внутренний конфликт женщины с материнской сферой. [3, с.221 ] Ряд исследований рассматривает посвящены уровню конфликтов между матерью и отцом ребенка как фактора влияния на развитие и становление личности ребенка.  [4, с.49] Достаточно хорошо исследованы аспекты конфликтности детско-родительских отношений в подростковый период [5, с.15], [6, с.57].

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Проявление матерью черт эмоциональной зависимости в детско-родительских отношениях как фактор нарушения сепарационного процесса в диаде мать-дитя

Современное представление о развитии человека указывает на то, что важнейшие базовые структуры личности закладываются в период раннего детства, где ключевое значение на процессы развития как физического, так и психического, оказывает мать. Становление и развитие системы взаимодействия матери  с ребёнком  является видотипическим для человека [1, с.35]

 Первые 6 месяцев жизни ребенка рассматриваются большинством авторов (Д. Винникот, М. Кляйн, М. Малер, Д. Штерн,  Э. Эриксон и другие), изучающих диадические отношения матери и ребенка как этап естественного симбиоза, где мать и ребёнок должны установить глубокую связь, сонастроиться, и потребности ребенка определяют большое эмоциональное вложение в него со стороны матери и их чуткое удовлетворение с её стороны. [2, с. 37]. Вместе с тем, далее отношения матери и ребенка должны претерпеть значительные изменения и перейти в фазу противозависимости или в терминологии, предложенной М. Малер сепарации-индивидуации [3, с.27]. Этот важнейший период в жизни человека, на котором он с поддержкой матери проживает свое психологическое рождение, формирует сознание своего Я,  который заканчивается в норме кризисом 3 лет  распадом диады мать-ребенок. Отношения между матерью и ребенком переходят в фазу, где мать становится из объекта, субъектом отношений.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Субъективное переживание состояния счастья и внутренней удовлетворенности женщины как фактор успешной сепарации с ребёнком

Современный мир меняется с большой скоростью и изменения касаются не только внешних социальных факторов, но и заставляют личность сталкиваться с новыми вызовами реальности. 

В рамках данной статьи нас интересует состояние женщины-матери в современном обществе и влияние ее состояния на сепарационные процессы с ребенком. Актуальность нашей работы обусловлена тем, что имеющиеся исследования женщины-матери в психологии чаще всего рассматривают материнство в контексте детско-родительского  взаимодействия. Выделяются материнские качества и характеристики материнского поведения их культурные, социальные, эволюционные, физиологические и психологические основы. Все это рассматривается в аспекте определенного возраста ребенка, в результате чего сами материнские качества, состояния, не всегда легко сопоставить межу собой [1. c.7] и субъективность переживаний женщины, ее уровень счастья, удовлетворенности своим материнством оказывается мало-исследована. 

Вместе с тем, значительные количества исследований в области взаимодействия матери и ребенка, особенно в период их диадической связи, представленные в работах М. Малер, Ф. Пайн, К.Хорни, Дж.Боулби, Э. Эриксона, показывают, что процесс установления связи матери и ребенка, а так же успешное прохождение ими фаз сепарации оказывается исключительно значимым фактором индивидуации и формирования основ личности ребенка [2. с.28]. Вместе с тем, успешность того процесса определяется состоянием матери, влияющим на критерии ее сезитивности и респонсивности в отношении потребностей ребенка.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Топософия материнства

Материнство — особый этап в жизни женщины, глубоко связанный с её идентичностью. Исследователи материнской сферы и ее онтогенеза рассматривают формирование материнства женщины как длительный многоэтапный процесс . [5, с.136]

Мы бы хотели посмотреть на этот процесс под новым углом зрения, с позиции топософии как науки о месте. В большинстве случаев топос рассматривается в контексте таких наук как лингвистика, литература, право.  Но мы видим возможность рассмотрения топоса в психологическом аспекте становления материнской сферы женщины. Мы рассматриваем топос не только как риторическое “общее место”, но и как общее место культуры; говоря о “топософии материнства”, мы предлагаем рассмотреть материнство как особую “систему мест”, предопределенную для женщины обществом, культурой, историей. Ведь материнство занимает значительное место внутри системы представлений женщины о себе, ее самоидентификации, так и особое место в системе социальных ролей, которые связаны с реализацией женщины в обществе. Более того, изменения, которые происходят в социуме 21 века, как указывают в своей статье Подольская О.Б., Ремизова М.Н.,  заставляют женщину переосмысливать место материнства в ее системе ценностей, в мультиролевом представлении о самой себе. [3, с. 52]. 

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Факторы счастья в психологии современной женщины-матери

Современная реальность заставляет научное сообщество, изучающие личность человека все более задумываться о феноменологии счастья как ведущего качественного показателя, пронизывающего все аспекты человеческой жизни. Вторая половина XX века ознаменовалась целой плеядой работ гуманистически ориентированных психологов (А. Маслоу, Р.Мэй, Г. Оплот, Э.Эриксон, К.Роджерс, В.Франк и др.), связанные с проблематикой счастья.

Феномен счастья связан с миром ценностных отношений и приоритетов, верований и представлений о высшем и желанном [1. С. 198] И в этом контексте мы видим, что для большинства женщин в понятие счастья неизменно входит представление о ценностях материнства. Однако сегодня медийное пространство, внутри которого появилось достаточно большое количество сообществ, форумов, родительских групп, показывает насколько сложным, многогранным переживанием, далеко не всегда окрашенным позитивно, часто связанным с комплексной неудовлетворенностью собой, своей жизнью, своей материнской ролью,  оказывается материнство современной женщины.

Транслируемые в СМИ и интернете образы успешных в карьере и воспитании детей, ухоженных и стройных сразу после родов, всегда улыбающихся, довольных матерей из среды профессиональных блогеров, кинозвезд,  дают притягателные, но сложно реализуемые для большинства обычных женщин стандарты. Идеалогия мамизма порождает соревновательность и сравнивание себя с селебрити, что в свою очередь еще больше угнетает женщин-матерей [2. с.42], уводя их от переживания психологического благополучия и удовлетворенности своим материнством, от состояния счастья.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Эмоциональная зависимость в материнстве и ее влияние на сепарационный процесс с ребенком

Многие черты, свойственные отношениям эмоциональной зависимости, проявляются в отношениях эмоционально зависимой матери и ребенка, где мать фактически использует ребенка как объект эмоциональной зависимости. Это нарушает здоровые диадические отношения и воспроизводит травму раннего возраста либо на созависимом, либо на противозависимом этапах, что одинаково негативно сказывается на сепарационном процессе. 

Диада мать и ребенок выступает в качестве психофизического единства, внутри которого происходит важнейший процесс формирования личности ребенка и психологическое рождение его Я.  Психологическое рождение происходит тогда, когда ребенок научается быть психологически независимым от своей матери и отца [5, 41-47].

Диада должна пройти созависимую стадию, продолжительность которой длится до 6 месяцев ребенка. Главными задачами данной стадии является установление связи, отражение ребенка матерью. После этого должен произойти переход на стадию противозависимости, которая в норме длится до 3 лет. Задачи противозависимого периода заключаются в проявлении своей автономной активности, исследовании границ возможного и дозволенного для дифференциации границ собственного Я; практика в новообращенных достижениях физической и психической автономии; способность выдерживать разлуку с объектом привязанности, создание его внутренней репрезентации и придание этой репрезентации целостности, которая преодолевает его расщепление на «хороший» и «плохой» объект, что так же приводит к формированию целостного представления о своем Я. 

После этого этапа диада распадается, происходит создание триады, в которой появляется отец, а ребенок обретает способность выдерживать метаотношения.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Нейрографический коучинг
на примере решения конфликтов материнства эпохи метамодерна

Сегодня мы сталкиваемся с беспрецедентным изменением в мире и обществе, фактически на наших глазах происходит смена эпох, затрагивая все сферы жизни. По мнению ряда ученых, А.А. Гребенюк [1],  П.М. Пискарёв [7], В.К. Пичугина [11], Н.И. Лифинцева [3], А.В. Скляр [12]  мы переходим от эпохи постмодерна к эпохе метамодерна. По мнению П.М. Пискарева «метамодерн — это особое состояние социально-культурного пространства, не «колеблющаяся», а целостная эпоха» [4, с.54] , где «метамодерн вызывает к жизни особый, синтетический тип человеческого бытия, при котором различные парадигмы представлены в обществе одновременно» [4, с. 55]  А.В. Залетов отмечает, что метамодерн «это выход за идеологическое проектирование в м мыслительное конструирование» [2, с. 347].  И данный переход требует изменения парадигмы во всех сферах жизни.  Как пишет П.М. Пискарев: «одна из характеристик метамодерна — полярное видение, взгляд наблюдателя, метавидение» [8, с. 33]
 
Родительство как важный социальный институт также претерпевает серьезные изменения. Современное общество предъявляет требования к высокому, как никогда ранее, эмоциональному включению матери в воспитание ребенка.  [13,  с.25]  Уже недостаточно просто обеспечить, как в былые времена, подрастающее поколение питанием, кровом, одеждой. Родители несут ответственность за то, чтобы ребенок получил «хороший старт» в жизни и это требует вложения родителей в образование ребенка или детей, посещение ими дополнительных занятий. Современный родитель вынужден быть экспертом во множестве областей; он становится тем, кто принимает на себя медицинские, педагогические, логистические, коучинговые функции. 
 
 
 
Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

НЕЙРОГРАФИКА КАК МЕТОД ПРОФИЛАКТИКИ И КОРРЕКЦИИ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ МАТЕРИ

Проблема эмоционального выгорания в материнстве рассматривается относительно недавно, изначально обратив на себя внимание исследователей в профессиональной сфере. В.В. Бойко рассматривает его как “выработанный личностью специфический механизм психологической защиты в форме полного или частичного исключения эмоций в ответ на избыточное психотравмирующее воздействие” [4, с. 4]. Большинство научных работ, касающихся эмоционального выгорания, подробно описывают детерминанты, условия и этапы развития синдрома, специфику личностных характеристик лиц, попадающих в “зону риска” [1, с. 88].

Сегодня в век кросс научных исследований внимание ученых все чаще оказывается приковано к тому, что явления, описываемые в одной сфере знаний, мы можем перенести и в иные контексты бытия человека. А если учесть особое значение эмоционального обмена между матерью и ребенком, который является важнейшим фактором его развития, особенно в первые годы жизни [6, с. 33], [7, с. 68], то неизбежно внимание исследователей привлекло сходство симптомов у специалистов помогающих профессий и у матерей.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

К ВОПРОСУ О ПРИЧИНАХ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ ЖЕНЩИНЫ-МАТЕРИ АКТУАЛЬНОГО ВРЕМЕНИ

Материнство – феномен, без которого невозможно представить себе человеческую историю. Однако совсем недавно он стал рассматриваться в науке не только с позиции тех функций, которые мать выполняет по отношению к ребенку, и влияния ее отношения, действий на его развитие и становление, но и с позиций самой матери, ее личностного переживания своего материнства.

Сегодня материнство становится все более привлекательным для научного исследования, и это подтверждается тем, что «в западной науке появилось целое направление — «motherhood studies», объединившее философов, культурологов, социологов, психологов, психиатров, антропологов, филологов» [2, с.124]. Все большее количество исследователей рассматривает в своих работах вопросы, отражающие психологическое и, в особенности, эмоциональное состояние матери (А.С. Батуев, Г.И. Брехман, А.И. Захаров, И.В. Добряков). При этом, как отмечает Г.Г. Филиппова, все чаще матери обращаются к психологу с новым запросом, отражающим их «стремление быть «хорошей матерью» и одновременно выраженные признаки хронической усталости и весь «классический» набор проявлений эмоционального выгорания» [8, с.53].

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Личностная автономия женщины-матери и сепарационный процесс: к постановке проблемы

Исследование вопросов материнства актуального времени, значимых аспектов становления интегративной целостности личности женщины-матери с необходимостью подводит нас к осмыслению вопроса о личностной автономии как таковой, а также исследованию процесса психологической сепарации в целом.

Традиционно понятие сепарации чаще всего рассматривается в контексте процесса формирования личности ребенка и обретения им все большей автономии от матери. Тем не менее, феномен сепарации не ограничивается детско-родительским контекстом: исследователи говорят о психологической сепарации как феномене межличностных отношений [3]; изучают механизмы психологической сепарации [11], определяют проблемное поле исследования феномена сепарации [5] и т.д.

Этапы сепарации-индивидуации в раннем возрасте представлены в исследованиях М. Малер, Дж. Мак-Девитт [6]. Авторы выделяют несколько фаз в процессе детско-материнской сепарации-индивидуации, соотнося их с витальными потребностями ребенка [7]: нормальная аутическая фаза (0–1 мес.); нормальная симбиотическая фаза (1–5 мес.); фаза сепарации-индивидуации (5–36 мес.), включающая в себя субфазы: субфазу дифференциации (5–9 мес.); субфазу практики (9–15 мес.); субфазу воссоединения (15–24 мес.); субфазу консолидации объектов (24–36 мес.). Рождение личности — итог завершения прохождения фаз сепарации-индивидуации, выделенных М. Малер. 

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Модель уровней психологической сепарации женщины-матери в контексте двойной симбиотической поляризации

Говоря о психологической сепарации личности взрослого человека, мы рассматриваем сепарацию не как процесс, происходящий в детстве или на пути к автономии взрослости, а как процесс, происходящий в течение всей жизни (сопровождающий личность на протяжении всей жизни) — как форма личностного развития, разотождествления (со значимой фигурой, с установками объективного и субъективного социальных мифов, с социальными ролями и т.д.)  и обретения большей самоактуализации.

Традиционно понятие сепарации чаще всего рассматривается в контексте процесса формирования личности ребенка и обретения им все большей автономии от матери. Тем не менее, феномен сепарации не ограничивается детско-родительским контекстом: исследователи говорят о психологической сепарации как феномене межличностных отношений [6]; изучают механизмы психологической сепарации [21], определяют проблемное поле исследования феномена сепарации [12] и т.д.

В зарубежной психологии этапы прохождения сепарации представлены в психоаналитическом направлении через периодизацию развития личности (М. Малер [14], Дж. Мак-Девитт [13], А. Фрейд [20], М. Кляйн [9], Д. Винникот [4], Дж. Боулби [3], X. Кохут [10], П. Блос [1], О. Кернберг [8], R. Josselsson [23] и др.).

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Четыре измерения материнской сепарации внутри разных сепарационных контекстов в жизни матери

Сепарация — тема, актуальная в сфере помогающих практик: детские педагоги и психологи изучают сепарационные кризисы, рассказывают о процессе сепарации и особенностях прохождения ее отдельных этапов родителям. Этапы прохождения ребенком сепарации в отечественной науке описываются в рамках концепций периодизации развития и возрастных кризисов (Л. И. Божович [2], А. Я. Варга [4], Л. С. Выготский [6], Т. В. Драгунова [8], А. Н. Леонтьев [12], Л. Ф. Обухова [16], К. Н. Поливанова [17], В. И. Слободчиков [18], Л. В. Сысоева [19], Д. Б. Эльконин [23]).

При этом то, что сепарационный процесс имеет, фактически, две стороны — не только сепарация ребенка от матери, но и сепарация матери от ребенка (или, в широком смысле, — детско-родительская и родительско-детская сепарация) — нередко оказывается за пределами фокуса внимания теоретиков и практиков.

Так, исследователи говорят о психологической сепарации (сепарации вообще) за пределами детско-родительского контекста: как о феномене межличностных отношений [7]; изучают механизмы психологической сепарации [22], определяют проблемное поле исследования феномена сепарации [13] и т.д.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Значимые аспекты материнской сепарации

Традиционно понятие сепарации чаще всего рассматривается в контексте процесса формирования личности ребенка и обретения им все большей автономии от матери. Тем не менее, феномен сепарации не ограничивается детско-родительским контекстом: исследователи говорят о психологической сепарации как феномене межличностных отношений [7]; изучают механизмы психологической сепарации [24], определяют проблемное поле исследования феномена сепарации [13] и т.д.

В зарубежной психологии этапы прохождения сепарации представлены в психоаналитическом направлении через периодизацию развития личности (М. Малер [15], Дж. Мак-Девитт [14], З. Фрейд [23], М. Кляйн [10], Д. Винникот [5], Дж. Боулби [3], X. Кохут [11], П. Блос [1], О. Кернберг [9], R. Josselsson [26] и др.).

Этапы прохождения ребенком процессов сепарации в отечественной психологии описываются в рамках концепций периодизации развития и возрастных кризисов (Л. С. Выготский [6], Д. Б. Эльконин [25], А. Н. Леонтьев [12], Л. И. Божович [2], Л. Ф. Обухова [16], В. И. Слободчиков [18], К. Н. Поливанова [17], Т. В. Драгунова [8]).

Сепарация в детско-родительском (детско-материнском) аспекте рассматривается, преимущественно, как процесс сепарации-индивидуации ребенка от матери (М. Малер, Ф. Пайн, Дж. Мак-Девитт [14, 15]). Не менее значимой проблемой, требующей рассмотрения в русле психологической науки, видится нам материнская сепарация. Последнюю можно понимать как сепарацию матери от ребенка, однако, изучая эту проблему подробнее, находим в ней и другие значимые аспекты, речь о которых пойдет ниже.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Двойная симбиотическая поляризация в материнской сепарации

Актуальность темы материнской сепарации обоснована нами в работах, посвященных важности темы сепарации матери от ребенка (материнской сепарации), которую мы рассматриваем в контекстах эмоциональной зависимости в детско-родительских отношениях [4], [6], субъективного переживания состояния счастья и внутренней удовлетворенности женщины [5], девиации материнского отношения и нарушений сепарационного процесса [3] и др.

Сепарацию женщины-матери мы рассматриваем через призму пяти контекстов сепарации, связанных с объектами, от которых женщина сепарируется. Так, мы выделяем сепарацию от собственной матери, сепарацию от ребенка, сепарацию от партнера (мужа), сепарацию от внешних авторитетов, сепарацию от объективного и субъективного материнского мифа.

Н. Е. Харламенкова, Е. В. Кумыкова, А. К. Рубченко, на исследование которых мы опираемся, рассматривая процесс сепарации, определяют ее как “процесс установления паритетных и эмоционально открытых отношений между субъектами, ранее находящимися в положении соподчинения, с целью развития и упрочения автономной идентичности и суверенного психологического пространства каждого из них” [9, с. 217]. Также авторы полагают, что “именно поэтому сепарация как процесс должна обнаруживать себя в том 1. каким образом строятся отношения между двумя субъектами, какое влияние они оказывают друг на друга, 2. какие эмоции при этом испытывают оба партнера и 3. какова структура (тип отношений) между ними” [9, с. 217].

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Переход от диадической к триадической модели как условие функциональной сепарации

В статьях, посвященных различным аспектам сепарационного процесса, мы писали о значимости материнской сепарации и ее взаимосвязанности с сепарацией ребенка от матери [2, 3, 4, 5]. Мы определяли сепарацию как процесс, длящийся в течение всей жизни (как для матери, так и для ребенка). Также мы писали о несводимости сепарации к отчуждению: по нашему мнению, сепарация — это пульсирующий процесс отдаления и сближения (связанный с авторским понятием сепарационного витка). Отдаление и сближение как полюса сепарационного процесса можно сопоставить с другими полюсами — отчуждение от другого и выстраивание системы отношений с другим. По нашему мнению, сепарация — это интегративный процесс индивидуации (обретения собственного “Я”) и выстраивания актуальных отношений со значимым другим.

Двойную симбиотическую поляризацию в материнской сепарации мы определяем как двуполярно направленный процесс вовлеченности женщины-матери в новый виток эмоционально-психической зависимости — с собственной матерью (с одной стороны), и с собственным ребенком — с другой, — где ей предстоит обрести новый уровень самоидентификации и интегративной целостности своей личности.

Полюса двойной симбиотической поляризации, в случае материнской сепарации, — это собственная мать женщины-матери, а также — ее ребенок.

В процессе двойной симбиотической поляризации женщина создает собственный образ себя как матери (независимый от идентификации с образом собственной матери), а также собственную внутреннюю репрезентацию себя как матери конкретного этого ребенка, отделяя себя от него. Исходным этапом сепарации от ребенка, как и от собственной матери, является неизбежный процесс отождествления и слияния — диада.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Критерии Материнской сепарации

Мы рассматриваем сепарацию как процесс, происходящий в течение всей жизни — как форму личностного развития и обретения большей самоактуализации. Традиционно понятие сепарации рассматривается в контексте процесса становления личности ребенка в обретении автономии от матери (М. Малер, Ф. Пайн [15], Дж. Мак-Девитт [14], супруги Уайнхолд [25]). Мы утверждаем, что феномен сепарации не ограничивается детско-родительским контекстом: исследователи говорят о психологической сепарации как феномене межличностных отношений (A. A. Дитюк) [7]; изучают механизмы психологической сепарации (Н. Е. Харламенкова, Е. В. Кумыкова, А. К. Рубченко) [27], определяют проблемное поле исследования феномена сепарации (А. Ю. Маленова) [13] и т.д.

В зарубежной психологии этапы прохождения сепарации представлены в психоаналитическом направлении через периодизацию развития личности (М. Малер [15], Дж. Мак-Девитт [14], З. Фрейд [26], М. Кляйн [10], Д. Винникот [2], Дж. Боулби [4], X. Кохут [11], П. Блос [2], О. Кернберг [9], R. Josselsson [29] и др.).

Этапы прохождения ребенком процессов сепарации в отечественной психологии описываются в рамках концепций периодизации развития и возрастных кризисов (Л. С. Выготский [6], Д. Б. Эльконин [28], А. Н. Леонтьев [11], Л. И. Божович [3], Л. Ф. Обухова [16], В. И. Слободчиков [21], К. Н. Поливанова [19], Т. В. Драгунова [8]).

В данной статье мы сосредоточимся на понятиях функциональной и дисфункциональной сепарации, а также выделим критерии (показатели) материнской сепарации в отношениях с ребенком.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

К проблеме девиации материнского отношения в контексте нарушений сепарационного процесса

Девиантное материнство — активно исследуемый в современных условиях феномен. Наиболее широко эта тема представлена в работах В.И. Бутмана, М.С. Радионовой, А.Я. Вари и других.  Пристальное внимание к нему ученых в области психологии обусловлен новым уровнем осмысления значимости роли матери в формировании личности ребенка. Однако при этом актуальный этап развития общества с его расширенными представлениями о семье, быстрым изменением условий, высоким уровнем нестабильности всех сфер жизни и повышением социального внимания к матери и качеству выполнения ею материнского труда, ставит многих женщин в ситуацию повышенного стресса и заставляет искать новые смыслы как своего материнства, так и отношения к ребенку. Вместе с тем, современная мать  существует не сама по себе, а в контексте семейной системы.  Эта точка зрения представлена наиболее широко в парадигме трансгенерационного подхода представленного в работах  М. Боуэна, А.А. Шутценберга, В. Де Гольджака, Б. Хеллингера. Исследования, представленные в работах И.Н Мальковой, Л.Г. Жедуновой показывают, что «семейный опыт оказывает влияние на формирование эмоционально-оценочной и когнитивной составляющих материнского отношения» [3,с. 223].

При этом, как показывают исследования Г.Г. Филипповой, В.И. Варга, Г.В. Скобля, личность многих «женщин не готовых к эффективному материнству формировалась в своеобразной субкультуре агрессии , часть из них в детстве страдали от унижающего достоинство угнетения и холодного отношения со стороны своих родителей» [2, c.91]. Вместе с тем, как отмечают в своих исследованиях Дженей и Барри  Уайнхолд, незавершенные стадии развития будут стремиться к завершению, как только возникнет такая возможность. Любая ситуация, напоминающая ситуацию, имевшую место в жизни человека раньше и обслуженная незавершенной стадией развития, выдвинет этот незавершенный процесс на первый план [5, c.83]. Именно это, по нашему мнению [4]. Большое количество матерей проявляют черты эмоциональной зависимости в отношениях с ребенком, что мы рассматриваем как фактор нарушения материнского отношения и, что фактически нарушает их возможность строить с ребенком надежную и здоровую привязанность, нарушает процесс сепарации ребенка, вовлекая его в симбиотическую привязанность с матерью.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Эмоциональная зависимость в материнстве и ее влияние на сепарационный процесс с ребенком

Многие черты, свойственные отношениям эмоциональной зависимости, проявляются в отношениях эмоционально зависимой матери и ребенка, где мать фактически использует ребенка как объект эмоциональной зависимости. Это нарушает здоровые диадические отношения и воспроизводит травму раннего возраста либо на созависимом, либо на противозависимом этапах, что одинаково негативно сказывается на сепарационном процессе. 

Диада мать и ребенок выступает в качестве психофизического единства, внутри которого происходит важнейший процесс формирования личности ребенка и психологическое рождение его Я.  Психологическое рождение происходит тогда, когда ребенок научается быть психологически независимым от своей матери и отца [5, 41-47].

Диада должна пройти созависимую стадию, продолжительность которой длится до 6 месяцев ребенка. Главными задачами данной стадии является установление связи, отражение ребенка матерью. После этого должен произойти переход на стадию противозависимости, которая в норме длится до 3 лет. Задачи противозависимого периода заключаются в проявлении своей автономной активности, исследовании границ возможного и дозволенного для дифференциации границ собственного Я; практика в новообращенных достижениях физической и психической автономии; способность выдерживать разлуку с объектом привязанности, создание его внутренней репрезентации и придание этой репрезентации целостности, которая преодолевает его расщепление на «хороший» и «плохой» объект, что так же приводит к формированию целостного представления о своем Я. 

После этого этапа диада распадается, происходит создание триады, в которой появляется отец, а ребенок обретает способность выдерживать метаотношения.

 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp

Амбивалентность материнства и представления о любви как осевая доминанта субъективного материнского мифа

Мы полагаем, что образ матери, представленный в культуре различных народов несет как общие архетипические черты, так и отпечаток культурных различий, связанных с той или иной культурой. Образ матери является, следовательно, архетипическим элементом и, одновременно, — социально-психологическим фундаментом становления личности.  Иными словами, на положительном образе матери держится и культура в целом (как на общемировом ее уровне, так и на уровне культуры отдельных народов), и внутренняя система представлений о себе и мире, свойственная каждому отдельному человеку. 

Особое значение образ матери (женщины-матери) имеет для самих женщин. Формирование внутреннего образа желаемого материнства начинается в детстве и продолжается всю жизнь, проходя определенные этапы онтогенеза материнской сферы (Г.Г. Филиппова [14]) — от собственного раннего телесного опыта взаимодействия с матерью — до позднего “постматеринского” опыта наблюдения за материнством других женщин (собственной дочери, невестки, других родственниц и т.д.). Генезис внутреннего образа желаемого материнства — процесс, в котором складывается собственная система представлений о том, что есть мать — как воспитатель, как женщина, как часть семьи и т.д.; что есть “достаточно хорошая мать”, “прекрасная” и “ужасная” мать, и как женщина-мать воспринимает себя саму в материнской роли. Данную структуру мы назвали “материнским мифом”. 

Поделиться
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в twitter
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp